Рассказать друг другу, чтобы узнал весь мир
Рассказать друг другу, чтобы узнал весь мир

«Безгранично, всеохватно и очень интересно»

Анна Малик-Короленкова о современном искусстве
10 Ноября 2021
«Безгранично, всеохватно и очень интересно»

Современное искусство не имеет границ, его можно найти не только в музеях и галереях, но также на улицах города, в парках, в заброшенных промышленных зданиях и во многих других неожиданных местах. Такой живостью, всеохватностью и вездесущностью оно увлекло Анну Малик-Короленкову. Сегодня вместе с командой единомышленников эксперт занимается развитием выставочного пространства в парке «Зарядье».

Анна-Малик-Короленкова_0T.jpg Анна Малик-Короленкова
куратор, продюсер выставочных проектов, ведущий менеджер выставочного отдела парка «Зарядье»

В процессе общения с Анной Малик-Короленковой становится понятно, что она знает о современном искусстве практически всё, – настолько виртуозно эксперт «жонглирует» профессиональными терминами, находя ответы на любые сложные и неоднозначные вопросы. Сама Анна рассказывает, что чем больше она узнаёт, тем еще большее поле для изучения открывается перед ней. Искусство – это увлекательное путешествие без конца и края, позволяющее человеку многое понять об окружающем мире, о прошлом и настоящем, о будущем и о самом себе.

Анна-Малик-Короленкова_02.jpg

– Анна, с чего началась Ваша любовь к искусству?

– Удивительно, но я и сама никогда не думала, что свяжу свою жизнь с современным искусством. В юности мне очень нравилось писать журналистские материалы, а впоследствии и сценарии. Так, окончив факультет журналистики МГУ, еще в студенческие годы я начала работать по профессии – попала на телевидение, где занималась освещением социальной и криминально-правовой тематики. С психологической точки зрения это была очень тяжелая работа. Эмоционально я «не вытягивала» и вскоре решила изменить вектор: я ушла в научную журналистику, так как эта область всегда была мне интересна и близка из-за рода деятельности мамы. А вот дальше – череда случайностей. Как-то раз я наткнулась на объявление о поиске медиаторов в LABORATORIA Art&Science Space. Тема выставки – «Квантовая запутанность». Мне стало очень интересно, как можно грамотно совместить науку и искусство и вообще – что это за направление такое ‘science art’? Я подала свое резюме и прошла. Конечно, было довольно сложно совмещать основную работу в научном институте с новым делом, но любопытство победило. В галерее мне посчастливилось познакомиться и сотрудничать с ее основательницей Дарьей Пархоменко. Благодаря ее безумной страсти к современному искусству и у меня возник интерес.

Анна-Малик-Короленкова_03.jpg

Еще одним импульсом стала другая история. В студенческие годы мы с одногруппницей любили ходить на открытия разных выставок, которые случались в Москве практически каждый день. Нам было ничего не известно о современном искусстве, но нравились фуршеты и атмосфера. (Смеется.) Однако главная драгоценность таких мероприятий – люди. Тогда я и наработала львиную часть контактов с художниками, кураторами и искусствоведами. С ними мы и по сей день идем рука об руку. Передо мной буквально раскрылись новые двери, в которые так захотелось зайти. Я зашла, и меня затянуло.

В итоге я ушла из научной журналистики и погрузилась в искусство с головой. Мне посчастливилось попасть в Фонд развития современного искусства, где в качестве организатора/менеджера/сокуратора я вела ряд проектов, параллельно изучая матчасть. Я прошла большое количество программ, курсов и лекций, общалась с ведущими экспертами и художниками, да и сейчас не прекращаю совершенствоваться. Мне кажется, этот процесс бесконечен, а я очень люблю учиться. Думаю, впереди меня ждет как минимум кандидатская.

Анна-Малик-Короленкова_04.jpg

– Что Вы считаете самым интересным в своей работе в парке «Зарядье»?

– Мы с коллегами ведем большую работу вместе с главным художником парка – в самом широком смысле этого слова – Иваном Демидовым. Это удивительный человек, который восхищает своим неординарным взглядом на многие вещи. Он очень любит современное искусство и поэтому активно вовлекает в развитие пространства художников и мыслителей. Меня удивляет способность Ивана Ивановича смотреть на парк как на целостное произведение, где каждый элемент и каждая деталь имеют значение – от высаженных на территории растений и скамеек до больших скульптур и панорам.

В связи с таким подходом у меня всегда возникает вопрос, какие проекты смогли бы не просто реализовываться, а гармонично дополнять «Зарядье». Ведь это, с одной стороны, парк с интересным ландшафтным дизайном и туристическими достопримечательностями, а с другой – научный центр «Заповедное посольство» и выставочные пространства, позволяющие исследовать и широко представлять такое явление, как современное искусство.

Анна-Малик-Короленкова_05.jpg

Пока нет четких ответов на поставленный вопрос и нет жестких требований. Наша стилистика лишь формируется. И очень любопытно наблюдать за тем, как художественные объекты раскрывают потенциал гения этого места.

Сейчас парк начинает наполняться смыслами и буквально «расцветать». Мы вовлекаем в эту работу самых разных арт-деятелей. Авторы переосмысливают пространства и реализуют те идеи, которые, по их мнению, сочетаются только с этим конкретным местом, формируя уникальный облик «Зарядья». Это длительный и в каком-то смысле не имеющий конца процесс, но я получаю невероятное удовольствие оттого, что могу принимать в нем участие.

Анна-Малик-Короленкова_06.jpg

– Какие еще профессиональные проекты являются для Вас на сегодняшний день самыми яркими и значимыми?

– Одним из самых интересных проектов стала Московская арт-премия. И хотя это не совсем кураторская работа, она вдохновляет своей сложностью: в выставках принимает участие огромное количество художников, а пространством для их представления становится территория всего парка. В этом году экспозиционные площади были уменьшены, что, признаться, стало своего рода вызовом. Главной задачей было избежать «конфликтов», сделать максимально точную репрезентацию и выстроить гармоничные диалоги между произведениями. На мой взгляд, мы успешно с этим справились.

Еще мне нравится проект-выставка монументального искусства, реализованная несколько лет назад в пространстве «АртКомбинат». Мы сотрудничали с небольшой группой монументалистов, членов Московского отделения Союза художников России. Место экспонирования – здание бывшей котельной 1957 года постройки, переданное Союзу для создания Республиканского комбината монументально-декоративного искусства. За годы его существования здесь были реализованы тысячи проектов. И будоражит тот факт, что сегодня это место – не только производственная база московских художников, но и выставочное пространство, в котором мне посчастливилось работать.

И, пожалуй, есть важный проект за пределами моей сегодняшней профессиональной деятельности. Я написала сценарий для документального фильма на тему, которая может показаться необычной, – история мотоциклостроения. До сих пор с удовольствием пересматриваю эту картину.

И всё же мне хочется верить, что главные выставочные проекты у меня впереди. По крайней мере, я чувствую в себе силы и потенциал для их реализации.

Анна-Малик-Короленкова_07.jpg

– В чем, по Вашему мнению, особенность и уникальность современного искусства?

– Главная ценность заключается в том, что современное искусство – это живое искусство. Оно рисует нам картину современности и позволяет исследовать то, что происходит здесь и сейчас.

В частности, сегодня мне очень нравится наблюдать процесс децентрализации культуры. Масштабные и уникальные события происходят далеко за пределами двух столиц. Мы можем поехать на Уральскую или Коми биеннале, отправиться на персональную выставку Димы Ребуса в Казань, побывать на экскурсии в до недавнего времени засекреченном поселке Сокол на выставке Павла Отдельнова, отыскать фанерные скульптуры Александра Шишкина-Хокусая на пустырях квартала казармы «Кронпринц» в Калининградской области или арт-объекты десятка художников в виноградниках поместья Голубицкое на берегу Азовского моря. Что говорить, сегодня фраза «я был на выходных в Сыктывкаре» звучит действительно круто. И во многом это стало возможно благодаря современному искусству.

Многие из приведенных проектов раскрывают местный контекст, изучают национальные/культурные/исторические особенности регионов и переводят их в художественный язык. Получается, что искусство – особый метод познания. Оно расширяет наши границы, заставляет посмотреть на привычные вещи под другим ракурсом. А поскольку сегодня мы находимся в состоянии постоянной спешки и захлебываемся в информационных потоках, «посмотреть на вещь», «остановиться», «заострить внимание», «задуматься», «попытаться понять» – это очень ценно.

Анна-Малик-Короленкова_08.jpg

– Многие люди противоречиво относятся к современному искусству, считая его непонятным. Как Вы думаете, нуждается ли оно в объяснении, декодировании? Или же его ценность в том, что каждый может увидеть что-то свое?

– Мне кажется, на этот вопрос нет однозначного ответа. С одной стороны, есть направления, в которых всё понятно без слов или в которых «увидеть что-то свое» – это и есть замысел художника. С другой стороны, бывают случаи, когда без объяснения автора или медиатора зритель просто не найдет нужных опорных точек. А иногда и вовсе нужно пытаться не понять, а почувствовать.

Я люблю творчество Яна Гинзбурга, художника, который исследует и во многом продолжает традиции московского концептуализма. Его частенько называют «лидером второй волны». Так вот, я практически не могу воспринимать его работы без авторского комментария. Например, для выставки, посвященной 65-летнему юбилею «Современника», семь художников создавали произведения, отзывающиеся семи культовым постановкам театра. Ян выбрал легендарную ефремовскую «Чайку» (постановка Олега Ефремова по пьесе «Чайка» Антона Чехова. – Прим. ред.). Гинзбург представил четыре масштабных панно в соответствии с четырьмя актами пьесы. В них он закодировал сюжеты и ассоциации, связанные не только с самим произведением, но и со всей историей его постановок в советском театре и кино, а также с тем влиянием, которое мхатовская традиция оказала на мировую и, в особенности, на американскую культуру. Как вы понимаете, знания литературного оригинала при «декодировании» работы художника было бы явно недостаточно. Этим лично меня он и цепляет.

Анна-Малик-Короленкова_09.jpg

Искусство не всегда понятно, и от этого оно становится еще интереснее. Вопрос заключается лишь в том, готов ли сам зритель углубляться в тему, искать отсылки и взаимосвязи, чтобы уловить смысл произведения.

Если вспомнить, например, историю конца XIX – начала XX века, то становится понятно, что непонимание экспериментов и неприятие актуальных художников современниками – это характеристика, свойственная не только нашему времени. Палитра Клода Моне, «живые» пейзажи Камиля Писсарро, замысловатые завитки Ван Гога казались зрителю той эпохи неприемлемыми. Сегодня же эти работы признаны мировыми шедеврами и уходят с молотка за баснословные суммы, в то время как зачастую эти художники заканчивали свою жизнь в нищете.

Сейчас нам трудно объективно и уверенно сказать, какие произведения современного искусства войдут в историю, а какие утратят свою ценность. Но это не значит, что мы не должны ходить на выставки и в музеи, где представлены актуальные художники. К тому же сегодня столько направлений в искусстве, что, я уверена, абсолютно каждый найдет для себя что-то интересное, то, что откликнется именно ему: звуковое искусство Сергея Филатова и технологическое Дмитрия Морозова ::VTOL::, фигуративная живопись Егора Плотникова и биоморфный радикализм Дмитрия Каварги, медиа-арт Аристарха Чернышёва и ленд-арт Николая Полисского. Так много разных вариантов…

Но, к сожалению, еще не так сильно развита популяризация искусства и науки, как хотелось бы. Я мечтаю жить в мире, в котором художников и ученых люди знали бы так же, как сегодня знают музыкантов, кинозвезд и блогеров. В любом случае, готова делать для этого всё возможное.

Анна-Малик-Короленкова_10.jpg

– Сегодня много говорят о развитии технологий, основанных на искусственном интеллекте, в том числе и в сфере искусства. Есть примеры, когда на аукционах за большие деньги продавались произведения, созданные нейросетями. Как Вы считаете, сможет ли однажды искусственный интеллект заменить художника?

– Я думаю, продажа за огромные деньги работ, созданных с помощью искусственного интеллекта, по большей части является результатом хорошо продуманной PR-стратегии. Тем не менее эти произведения интересны и вполне могут быть оцененными обществом. Однако, на мой взгляд, для этого явления должен быть придуман новый термин. Потому что искусство, в моем понимании, является продуктом творческой деятельности человека. И произведение искусства в данном случае уникально.

Сможет ли искусственный интеллект заменить художника? Ответ зависит от того, кого мы считаем художником и какие смыслы закладываем в понятие творческой деятельности.

Если удариться в научную фантастику, то давайте пойдем следующим путем. На стыке нейробиологии и медицины есть такое понятие, как картирование мозга. Ученые пытаются составить анатомическую и биохимическую схему этого органа – понять связи между отделами и проследить путь электрических импульсов между нейронами. Только за формирование нашей памяти и опыта отвечают несколько отделов. При этом при повреждении частей или при нехватке нейромедиаторов наши воспоминания могут пострадать. А если мы приплетем в эту стройную систему с огромным количеством переменных еще эмоции и чувства в префронтальной коре со своими сложными связями, то получим на выходе уникальное переживание и уникальный результат. Искусственный интеллект сможет создавать нечто новое путем «тасования» уже известных ему элементов между собой, что будет являться подобием. А это по определению никогда не сможет стать уникальностью. Хотя это уже что-то из области софистики… А здесь можно и нужно спорить.

Анна-Малик-Короленкова_11.jpg

– Вы сказали, что многое зависит от того, какие смыслы мы закладываем в понятие художественной деятельности. А что такое, на Ваш взгляд, искусство? И способно ли оно изменить мир?

– Искусство – творческая деятельность человека, которая дает условный результат в виде уникального произведения. Произведение искусства – любой результат творческого труда человека, называющего себя художником. Я в этом «терминологическом лагере».

Относительно изменения мира: мне кажется, что искусство может быть как минимум одним из действенных инструментов. Например, оно может отлично работать в рамках культурной дипломатии.

Недавно в Санкт-Петербурге прошла персональная выставка группы художников Recycle Group. Это проект-размышление о новых технологиях, развитии виртуальной реальности и месте человека внутри нее. Это один из прекрасных примеров того, как искусство «говорит» на общечеловеческом языке. Зрителям не нужно знать русский язык, контекст и особенности нашей истории и культуры, чтобы считать эти произведения. Несложно представить, как тепло художники были приняты на 56-й Венецианской биеннале с одной из своих инсталляций (инсталляция Conversation на тему жизни в эпоху развития новых технологий. – Прим. ред.).

Искусство, опирающееся на общечеловеческие ценности и опыт, способно навести мосты и настроить коммуникацию. А вот дальше для укрепления социально-культурного сотрудничества и выстраивания отношений служит искусство характерное, с выраженными, в том числе национальными, особенностями. Например, творчество Евгения Антуфьева или Таус Махачевой. Чтобы прочитать заложенный авторами смысл, нужно знать контекст. Для тех зрителей, которые захотят углубиться в понимание работ, такое искусство откроет ранее неизвестное и, возможно, что-то объяснит.

И вообще, отойдем от лирики и посмотрим на вопрос с другой стороны. Я бы сказала, что искусство способно и изменить, и спасти мир. Оно существует, а это значит, что у людей есть ресурсы для созидания и творчества, а не только для разрушения.

Виктория Гусакова,

информационное агентство Global Women Media


Поделиться страницей:
Читать все статьи рубрики

АРХИВ НОВОСТЕЙ

© 1996-2021 АНО ВО «ИГУМО и ИТ».
Все материалы принадлежат
информагентству «Global Women Media»
ENG
© 1996-2021 АНО ВО «ИГУМО и ИТ».
Все материалы принадлежат информагентству «Global Women Media»
ENG